Религиозно-Философские основы истории - страница 2




reshenie-14-dekabrya-2010-g-787-g-zheleznovodsk.html
reshenie-18-07-2012-0930-o-bezvozmezdnoj-peredache-imushestva-iz.html

Точно так же караим Салмон бен Иерушам в начале Х века по Р. X. упрекал раввинистов-мистиков в том, что они претендуют исцелять болезни магией, успокаивать бури, умиротворять диких животных и имеют таинственные имена, посредством которых можно приворожить к себе женщин. Саадия гаон, живший в Суре Вавилонской в 892—914 годах по Р. X., очень почитаемый каббалистами позднейшего времени, излагал учение, дающее теоретическую основу магии (Там же. С. 170), а именно: говорил, что Бог в мире то же самое, что душа в теле, и одновременно присутствует во всех предметах. Это дает возможность обратного влия¬ния от предметов на божество. Это тот же взгляд, который лежит в ос¬нове Каббалы. Все существующее свыше и внизу, по ее философии, составляет одно целое, и нити всего космоса сосредоточены в человеке, который есть “распределитель влияний.” Человек соединяет в себе все элементы: бо¬жественные, небесные, стихийные, материальные — и может влиять на все. Все существующее в мире высшем является здесь образом. “Все действующее на наши чувства имеет символическое значение, — характеризует А. Франк, — явления и формы материальные могут нам от¬крыть то, что происходит в мысли божественной и человеческой” (A. Franck. La Kabbale. C. 163-164). Отсюда вытекают астрология и физиогномика с хиромантией. Каббали¬сты читали “небесную азбуку,” которая образуется созвездиями и раз¬личным расположением звезд. Наблюдая их, мы можем узнавать гряду¬щие события. Точно так же физиогномика и хиромантия показывают нам не только характер человека, но и его судьбу.

В этом случае виды таинственного знания сообщают нам лишь пассивное предвидение событий. Но единство мира и положение в нем человека дают нам возможность и активного влияния на события.

Обрисовывая учение Каббалы, Грец говорит: между миром здешним и миром божественным существует постоянная связь, и душа человека может воздействовать на божество. “Народ израильский призван способствовать обилию милостей (свыше) и, следовательно, сохранению мира. Для этого он получил откровение — Тору с 613 религиозными предписаниями, чтобы каждым своим поступком [мог] воздействовать на сефирот и некоторым образом вынуждать их к благодеяниям. Поэтому обряд имеет огромное мистическое значение и непреходящую цен¬ность. Обряды представляют магическое средство для сохранения всей вселенной.” “Предписанные молитвы производят безусловное действие, если молящийся умеет по тому или иному поводу обратиться к соответствующей сефирот, ибо не прямо к Богу, а к ней нужно направлять молитву” (Г. Грец. История евреев. Т. VIII, Гл. 3).

Это понятно, потому что “Бог” для Каббалы, в сущности, есть ско¬рее некоторый основной элемент, который реально концентрируется в более конкретных силах, каковыми особенно являются ангельские, управляющие небесными телами, влияющими на мир и стихии, составляющие его. На них-то преимущественно и приходится направлять сознательное влияние человека. Тут является элемент теургии. Теория Каббалы, говорит Папюс (Папюс. Указ. соч. С. 37), связана с теорией магии единством идеи и символа в природе, человеке и вселенной. Действовать на символы, значит — дей¬ствовать на идеи и на существа духовные — ангелов. Но не одни ангелы, а все вещи мира связаны между собою и со всеми другими субстанция¬ми. Поэтому посредством материальных предметов можно оказывать влияние на духовные предметы.

Практическая Каббала, как искусство, является достоянием лишь посвященных. Но о способах магических действий можно судить в общих чертах по литературным данным.

Таинственное знание действует, во-первых, посредством угадывания по символу, во-вторых, посредством так называемой молитвы, связанной со знанием смысла и силы букв еврейской азбуки, в-треть¬их, посредством материального колдовства, в-четвертых, посредством культового обряда и жертвы, этого таинственнейшего орудия действия языческой философии.

Относительно угадывания по символу, то есть астрологии, физиогномики и хиромантии, уже упомянуто выше. В отношении же магического влияния на события особенного внимания заслуживает применение еврейской азбуки.

“Внешние средства каббалистики, — говорит Папюс, — дает еврейская азбука с ее тройным значением букв: арифметическим, иероглифическим и непосредственным; и символическое соотношение букв ко всем трем мирам. Комбинировать еврейские слова значит — воздейство¬вать на всю вселенную” (там же. с. 87).

Мы видели, что буквы представляют собой некоторую действительную силу, род “существ,” которые играли важнейшую роль в создании всех частей вселенной, при самой трансформации божества в сефирот. Трудно даже сказать, суть ли буквы — создание божества или его составная часть. Дей¬ствительно, божество “начертало” и “выбило” их “духом своим,” то есть водило своим дуновением, как пером и резцом, и из этих разнообраз¬ных поворотов дуновения составились буквы. Буквы возникли уже во второй эманации, немедленно после того, как в первой сефирот совер¬шилось появление “духа.” По возникновении своем буквы проницают всю вселенную, все сефироты и “царствуют” во всем, возникшем в се¬фироте и из самих букв. Без буквы не произошло ничего, и в создавшем¬ся мире всех его ступеней буквы остаются такой же движущей силой, как при его образовании. Это силы вполне реальные и для магического дей¬ствия имеют то удобство, что легко видимы и анализируемы во всех сво¬их составных частях, давая, таким образом, возможность проникновения во все тайные, невидимые соотношения мировых сущностей, сил и пред¬метов. Буквы дают все удобства для изучения имен Божиих, а каждое из десяти имен Божиих выражает особое свойство Бога, особую силу, кото¬рые вместе образуют законы природы и общий центр действия. “Все бо¬жественные проявления, — объясняет Папюс, — то есть все действия и существа, связаны между собой так же тесно, как клеточки тела человека связаны с ним. Привести в движение одно из этих проявлений — это значит создать течение реального действия, которое отразится во всей вселенной. Так точно ощущение, полученное человеком в какой-либо точке его кожи, заставит содрогнуться весь его организм” (Папюс. Указ. соч, с. 99).

Для использования этой возможности влияния Каббала изучает име¬на Божии. Их 10, и они соответствуют сефирот. Свойства их изучены каббалистами так же рационалистически, как физик изучает силы при¬роды или зоолог — части тела какого-либо организма. Получив знание всех свойств имен Божиих, должно изучить отношение этих имен Бо¬жиих к различным отделам и силам природы. Их приводят даже в соот¬ношение ко всем частям тела человеческого.

Вся эта работа над Св. Писанием уже давно произведена, и в Каббале существует ряд таблиц, которые показывают соотношение между име¬нами Божиими, ангельскими чинами, числами, буквами и разными отделами вселенной, элементами природы, членами тела и т. д. При со¬ставлении таблиц и при установке этих соотношений Каббале служит та своеобразная форма “изучения” Св. Писания, которую мы уже отмечали в талмудической учености. Это — безгранично фантастический симво¬лизм, рассечение текста и отдельных букв и расшифровка слов и даже букв.

Способов расшифровки, не считая их подразделений, три: 1) темура, 2) гематрия и 3) нотарикон.

Темура представляет собой самую обыкновенную расшифровку Писания, для которой нужно иметь только ключ. Таких ключей несколько. По способу атбаш, ключом является обратное расположение букв в азбуке и, соответ¬ственно с этим, замена букв текста: то есть первая буква азбуки заме¬няется последнею, вторая предпоследнею и т. д. В системе темуры есть и более сложные ключи, при которых азбука разбивается на несколько колонок. Гематрия исходит из предположения, что слова, буквы которых, при сложении их цифрового значения дают одинаковое число, родственны между собой и могут быть друг другом заменяемы. Нотарикон основан на том, что буквы данного слова могут быть лишь абривиатурой каких-то других слов. Начиная догадываться, какие могут тут подразумеваться слова, каждое слово текста можно пре¬вратить в целую фразу. Разумеется, при таком способе, вникая в смысл Св. Писания, в нем можно найти все что угодно. В Пи¬сании, как говорят, есть действительно зашифрованные места. Но, за исключением этих немногих случаев, все остальное представляет не более, как искусственную подстановку в текст Писания того, что каббалистам требуется в нем отыскать по каким-либо соображениям. А искать в Писании необходимо, ибо все, что есть истина, непременно должно находиться в нем.

Вся работа этих поисков в Писании давно уже произведена, и, выяснив соотношения имен Божеских с ангельскими и со всеми плана¬ми и этажами мира, со всеми частями видимого и невидимого бытия, каббалисты составили множество таблиц, выражающих эти соотноше¬ния. Некоторые таблицы такого рода приведены в сочинении Папюса (Папюс. Указ. соч). Для нас достаточно охарактеризовать их общий смысл и способ пользо¬вания ими.

Смысл таблиц состоит в том, что различные силы — имена боже¬ственные, ангельские и прочие — расположены по таблицам в различ¬ных “мирах,” в разных “небесах,” в соотношении с различными планета¬ми, знаками зодиака, с царствами минеральным, растительным, жи¬вотным, также со здоровьем, болезнями, смертью, различными добро¬детелями и пороками, профессиями, занятиями и т. д. По таблицам, таким образом, видно, куда нужно обращаться по тому или иному предмету.

Приемы действия приблизительно таковы. Если нужно вопросить о чем-либо Бога, то справляются с 32 местами первой Книги Бытия, где божественное имя Элоим повторяется 32 раза. Затем посредством мо¬литв, взятых из имени Элоим, обращаются к Богу. Для того чтобы уве¬личить силу молитвы, употребляют так называемое “сорокадвухбуквенное имя” (А. Франк думает, что оно составляется из соединения имен всех десяти сефирот). Но недостаточно знать буквы этого “Великого и страшного имени”: нужно еще уметь их правильно произносить. Совершенно такое же требование мы видели раньше в заклинательных молитвах древних егип¬тян. Но если знать и уметь произносить это имя, то посредством его можно совершить все. Владеющий этим именем называется “баалшем.” Таким “баалшемом” считался в недалеком прошлом основатель хаси¬дизма — Израиль Бешт.

В сочинении Папюса приведена таблица “шемамфораш,” в которой содержатся имена 72 гениев, заведующих звездными сферами и силами природы. Имена этих гениев можно узнать таким способом. В трех строках трех стихов 14 главы Исхода содержится в каждой по 72 буквы, речь же идет об ангеле, оказавшему помощь Израилю при переходе через Чермное (Красное) море. Эти три стиха пишутся один над другим, первый и третий слева напра¬во, а средний — справа налево. Затем читают вертикально буквы всех трех строк, находящиеся одна над другой, и таким образом получают 72 слова, по три буквы каждое. К каждому из них прибавляют божествен¬ное имя Эль или Иах. Это и суть искомые имена 72 гениев, к которым нужно обращать свою молитву (Папюс. Указ. соч. с. 217 и след).

Но обращаться к ним нужно со знанием всех обстоятельств. У каждо¬го гения есть своя специальная область ведения, в пределах которой только и можно что-либо от него получить. Так, например, один гений заведует земледелием и плодородием, другой — химией, медициной, физикой и т. д. Каждый гений имеет лишь точно определенное время силы и влияния. Так, например, упомянутый гений земледелия (его имя Хабю Иах) имеет силу только 17 августа, от 10 часов 21 минуты утра до 10 часов 40 минут утра, то есть всего в течение 19 минут. Если пропустить этот краткий срок, то уже никаких результатов не получится. Сверх того, кроме добрых 72 гениев есть 72 соответствующих им злых гения, кото¬рые посылают противоположное тому, что дается добрыми гениями, как, например, бесплодие вместо плодородия и болезнь вместо здоро¬вья. Нужно хорошо знать, как действовать, чтобы вместо доброго гения не наткнуться на злого и не получить вместо искомого блага противо¬положное ему зло.

Во всем этом построении ясно чувствуются влияния парсизма, вме¬сте с еще более древними концепциями Шумера и Аккада. И точно так же, как в древнейшем аккадском колдовстве, чернокнижник, если нужно кому-либо нанести вред, обращается не к добрым гениям, а к злым.

Как известно, магия и делится на белую, приносящую благо, и чер¬ную, несущую зло. Но учиться, как той, так и другой нужно очень долго, проходя при этом и известную личную “тренировку” путем изве¬стной дисциплины, долженствующей развить в посвященном в тайные знания известные способности к вызыванию духов и обращению с ними.

Очень древний (относительно) образчик этой личной подготовки приводит Карпп, говоря о так называемом Иеридат Гамер-каба, то есть о погружении в глубину “меркаба” — известной формы “созерцания.” Тут имеется целый кодекс предписаний, приготовляющих человека к спо¬собности погрузиться в таинственный мир. Предписания эти довольно обычные для “созерцаний.” Человек, приготовляющийся к этому, дол¬жен долго поститься и оставаться в неподвижном положении, опустив голову между своих колен, с лицом, обращенным к земле, и произно¬сить монотонным голосом краткие молитвы. Постепенной практикой он доходит сначала до низших созерцаний, а потом до высших, проходя десять ступеней подготовки и возвышения. Когда “небо открывает¬ся” перед созерцателем, это, по объяснению учителя, не значит, что он восходит на небо, “но у него возникает в сердце нечто, вводящее его в созерцание божественных вещей” (Кагрре. Указ. соч. с. 87-89)

Должно притом заметить, что не одна подготовка, но и природ¬ные способности дают человеку возможность погружений в иные миры. Поэтому учители заранее наблюдают лицо и руки ищущих посвящения, и если на них нет требуемых “знаков,” то бесполезно пробовать развивать несуществующие силы.

Нередко говорят, что тайна, в которой держатся каббалистические способы гадания и действия, а равно и продолжительная работа ищущих посвящения в тайны, имеют целью предохранить мир от того зла, которое может произвести посвященный, если он чело¬век злой. Может быть, такие соображения и имеют место у некоторых каббалистов, но, во-первых, среди таинственных действий имеются и такие, какие имеют прямой целью причинить именно зло. Во-вторых, вообще, нельзя сомневаться, что не качества добродетели требуются преж¬де всего от посвящаемого, а оккультные способности. В этом отношении любопытен рассказ об обращении в Каббалу знаменитого Нахманида. Он, говорят, сначала безусловно отвергал Каббалу, несмотря на убеж¬дения одного знакомого каббалиста. Наконец, раз случилось так, что этот каббалист совершил тяжкое преступление, за которое был приговорен к смертной казни. Он воспользовался этим случаем для того, чтобы убе¬дить Нахманида в истине Каббалы и чуть ли не накануне казни заявил, что придет к нему в ближайший праздник субботы. Так и вышло. Кабба¬лист силой чародейства придал свой вид ослу, который и был казнен вместо него, а сам он остался здрав и невредим и в назначенное время пришел на субботнее пиршество. Это чудо произвело на Нахманида та¬кое впечатление, что он сам сделался каббалистом (S. Karppe,Указ. соч.). Здесь дело не в том, было ли в действительности это происшествие, а в том, что составите¬ли легенды, очевидно, не придают никакого значения этическому эле¬менту. Нахманиду достаточно было, по легенде, узнать, что Каббала действительно дает способы совершать чудеса, и хотя бы каббалист ока¬зался преступником, заслужившим смертную казнь, он не перестает быть служителем каббалистической истины, его молитвы не перестают влиять на божественные миры и силы. Понятия о добре и зле здесь, очевидно, находятся на заднем плане, на переднем же — тайные знания и тайные способности.

Точно так же, должно думать и относительно того, что каббалисты называют “верой.” Молитвы, о которых они говорят, должны быть про¬износимы непременно с “верой,” а иначе они не окажут воздействия на выс¬шие миры. Но это не вера в Бога, а выработка напряженной энергии, уверенность в своей способности произвести данное влияние. Что каса¬ется нравственности каббалистов, то она никогда не ценилась в еврей¬стве высоко, и, скорее, оценивалась даже очень низко. Так, раввинисты обвиняли в крайней распущенности самого Саббатая Цеви, лжемессию, который учил на основе каббалы. Если бы это было даже преувеличе¬нием, порожденным партийной ненавистью, то все же “Катехизис сабба-тиан,” сохранившийся до нашего времени в Салониках, далеко не бле¬щет высокой этикой (Проф. Грец. Остатки саббатианской секты в Салониках. “Восход.” 1884. № 6). В нем значится, что “мир существует только для верующих” (то есть для них самих) и что “не составляет преступления в глазах Бога — убить верующего, разоблачившего тайны своего учения.” Обман окружающих также возводится у них в обязанность. Если все это происходит просто в борьбе за существование, то все равно оно не блещет этикой (Хасидизм — учение в основе вполне каббалистическое, хотя в разви¬тии своем приняло своеобразные формы. Каббала издавна проникла в Польшу. Саббатьянство также проникало сюда, хотя жило скрытно. Основатель хаси¬дизма Израиль Бешт, лично человек очень хорошей репутации, читал “Зо-гар,” по которому и гадал. Его учение — обычное каббалистическое, из кото¬рого быстро выработался институт “цадиков,” праведников, служащих посред¬никами между миром и Богом, умеющих влиять на высшие сферы и потому приобретших абсолютный авторитет в пастве своей (С. Дубнов. Возникновение хасидизма. “Восход,” 1888).
1 2 3 4

mpedagog.ru